Аналитическое агентство «ЗОВ»
26 октября, понедельник, 00:00
 
Горячие новости:

Скотный двор: почти по Оруэллу

Андрон Коллайдер, физик-ядерщик
27 сентября 2020 г., воскресенье
Равнее всех равных!
Равнее всех равных!

«Бывали хуже времена, но не было подлей»… Кто это написал, не помните? Кажется, Некрасов? Вроде да. Хотя, если быть абсолютно точным, поэт просто зарифмовал фразу из какого-то рассказа, опубликованного в своё время в «Отечественных записках». Двойное авторство у цитаты, получается. Впрочем, неважно. Главное в том, что с тех пор, когда крылатая строфа прозвучала впервые, прошло без малого полтора столетия, а суть сказанного нисколько не изменилась.

На манеже всё те же...
На манеже всё те же...

На манеже всё те же. Да и зрительный зал разнообразием, увы, не балует. Номер прост: Бим и Бом долго карабкаются по раскачивающейся лестнице, с большим трудом принимают устойчивое положение, после чего под гром фанфар начинают… мочиться на головы присутствующих. Те, понятно, вряд ли в восторге. Но утираются молча. Каждый украдкой бросает взор на соседа — а на него тоже попало? Может, даже чуть больше?

Под гром фанфар, на головы зрителей!
Под гром фанфар, на головы зрителей!

«Низы» не могут…

Кто о чём, а я снова о нашей творческой интеллигенции. Не «в общем и целом». На самом, что ни есть, конкретном примере. Он в Одессе, на улице Новосельской. Многие, вероятно, уже догадались? Да, да. В центре скандала снова наша некогда прославленная Музыкальная Академия — ОНМА имени А. В. Неждановой.

Вспомним классиков. Один из признаков революционной ситуации — «низы не могут жить по-старому». Благодаря, естественно, «верхам», которые для этого уж очень «постарались».

О новом руководстве ВУЗа я уже писал. Кратко: люди с особенностями в развитии. Нет смысла пересказывать всё в деталях. Скажу лишь, что когда академика, доктора наук и профессора А. В. Сокола на посту ректора сменяет балалаечник Олейник, кругом наступает разруха. А если должность проректора по учебной и научно-педагогической работе при этом занимает стареющая солистка оперетты Оганезова — пиши, пропало. Подробнее об этих деятелях читай в материале «18 лет спустя: долгий путь к реваншу»:

http://www.zov.od.ua/blogging/andron-kollajjder/36.php

Теперь пару слов об их ноу-хау. В канун нового учебного года на странице Учёного совета ОНМА в Viber было опубликовано следующее распоряжение. Цитирую дословно: «Шановні завідуючі випускових кафедр! Для планування навантаження викладачів і концертмейстерів розраховуйте такі норми часу на 1 ставку: зав. кафедри, професор — 600 год.; зав. кафедри, доцент – 700 годин; професор — 700 годин, доцент — 800 годин, ст. викл., викладач — 900 годин. Концертмейстер — 1040 годин». Конец цитаты.

Работать будете больше — получать меньше. И плевали мы на ваши законы!
Работать будете больше — получать меньше. И плевали мы на ваши законы!

Перевожу на понятный язык: нагрузка у подавляющего большинства преподавателей (профессоров, доцентов) существенно увеличивается, работать отныне все будут о-го-го как! Правда, за ту же ставку, что и раньше. Съеденную инфляцией, мизерную, ничтожно малую. Ту, которая в ряде случаев существенно ниже, чем у уборщиц сети супермаркетов «Сільпо», мерчендайзеров — по-нашему, «расставляльщиков» товара по полкам — в «Таврии-В», но зато вплотную приблизилась к зарплате катальщиков тележек в «Фоззи» или «Сантиме».

Причём, заметьте: чем ниже должность, степень, звание, тем больше часов нужно отпахать. О концертмейстерах молчу. Нагрузка по максимуму, расчет — с гулькин член. Простите, конечно, за излишнюю, быть может, эмоциональность. Но сказать «нос», в данном случае, всё равно, что промолчать.

Выше Лаврской колокольни

У «верхов», как видите, полный порядок. Зав. кафедрой, профессор — 600 часов, не выше. О проректорах и деканах разговор особый. Дело не только в том, что их нагрузка осталась, в общем-то, прежней. Они ещё и доплату получают со спецсчёта – плюс 50% от ставки. Элита! Сюда же — завхоз, главбух и, как ни странно, секретарь ректора. Последнее особо умиляет. «Только что вышел. Уже ушёл. На территории». Открыть — закрыть окно. «Чай, кофе, капучино, потанцуем»… Стаханов отдыхает.

«Чай, кофе, капучино, потанцуем?» Стаханов отдыхает.
«Чай, кофе, капучино, потанцуем?» Стаханов отдыхает.

Спецсчёт балует и заведующих кафедрами. Менее щедро. И тем не менее, + 30% к основной зарплате. Прочим работникам — по остаточному принципу. От + 5% до + 20%, в зависимости от ранга.

В честь чего такая дифференциация? Ну, как же… Классика жанра. Всё объяснил прототип г-на Олейника Свирид Петрович Голохвастов (см. х/ф «За двумя зайцами»). Помните? «Когда человек не такой, как вообще, потому что один такой, а другой такой, и ум у него не для танцевания, а для устройства себя, для развязки свого существования, для сведения обхождения, и когда такой человек, ежели он вчёный, поднимется умом своим за тучи и там умом своим становится ещё выше Лаврской колокольни, и когда он студова глянет вниз, на людей, так они ему покажутся такие махонькие-махонькие, всё равно как мыши… пардон, как крисы… Потому что это же Человек! А тот, который он, это он, он тоже человек, невчёный, но… зачем же?! Это ж ведь очень и очень! Да! Да! Но – нет!» По-моему, предельно ясно.

«Они ему покажутся такие махонькие-махонькие, всё равно как мыши… пардон, как крисы… Потому что это же Человек!» Умный. Аж страшно!
«Они ему покажутся такие махонькие-махонькие, всё равно как мыши… пардон, как крисы… Потому что это же Человек!» Умный. Аж страшно!

Рука руку моет…

Но что по поводу подобных новшеств говорит закон? Читаем: «Максимальне навчальне навантаження на одну ставку науково-педагогічного працівника не може перевищувати 600 годин на навчальний рік» (пункт 2 статьи 56 ЗУ «О высшем образовании» в действующей редакции). Это нужно просто подчеркнуть: максимальная учебная нагрузка работника — не 700, не 800, не 900 и уж тем более не 1040 часов в год, а именно 600. То, что увядающая дива Оганезова оставила только для «своих», а балалаечник Олейник подмахнул, не глядя.

Идём дальше. В соответствии с нормами КЗоТ, руководство какого-либо предприятия не может ухудшать условия труда работника без его согласия. Насколько известно автору этих строк, с коллективом вопрос об увеличении нагрузок по ставкам не обсуждался никогда и ни при каких обстоятельствах.

«Все равны. Но некоторые — равнее». Браво, Оруэлл! Как в воду глядел.
«Все равны. Но некоторые — равнее». Браво, Оруэлл! Как в воду глядел.

Констатирую: налицо грубейшее нарушение закона. Самое время поинтересоваться: почему молчит профсоюз? Может, в Академии он просто не предусмотрен? Оказывается, существует. По крайней мере, кабинет с надписью «профком» в наличии. Вот только руководит им некая госпожа Могилевская — фанатичный «порохобот», в прошлом, при Союзе, как вы, наверное, уже догадались, секретарь парторганизации этого же ВУЗа. С Оганезовой и Олейником – вась-вась. Старо как мир: рука руку моет…

***

В заключение — цитата из «Скотного двора» Оруэлла: «Все животные равны, но некоторые животные равнее других». Именно этим принципом руководствуются уже известные нам персонажи. Вопрос в другом: согласны ли с ним те, к кому олейники и оганезовы относятся, как к животным? Их идейные вдохновители, помнится, проводили так называемые «мусорные люстрации». Метод, в данном случае, неплохой. Не пора ли воспользоваться этой тактикой?

Ваш голос учтён!
нравится
не нравится Рейтинг:
5
Всего голосов: 5
Комментарии
Добавить

Добавить комментарий к статье

Ваше имя: *
Сообщение: *
Нет комментариев
10:47
11:10
09:09
08:38
20:56
13:49
09:55
09:46
15:37
07:36
11:12
09:38
09:21
08:18
18:36
10:51
08:28
21:10
Все новости    Архив


 
© 2013—2020 Аналитическое агентство «ЗОВ» (Зона особого внимания)  // Обратная связь  | 0.304
Использование любых материалов, размещённых на сайте, разрешается при условии ссылки на zov.od.ua.
Яндекс.Метрика